И это ничего не значит, что Чарльз Диккенс был вообще таким непримиримым человеком – ой, как от него досталось в своё время прерафаэлитам – блестящим английским художникам, решившим возродить традиции Рафаэля на английской почве и в духе XIX века, конечно. Диккенс написал разгромную статью под названием «Старые лампы вместо новых», в которой самым безобидным определением нового течения было «собор неисправимых идиотов».
А что же оставалось делать Диккенсу, если он приезжает в 1846 году в славную Верону и в доме, в котором по преданию жила Джульетта, он обнаруживает постоялый двор самого дешёвого пошиба, вокруг бегают грязные гуси, а прохожие только и должны, что уворачиваться от грязи из-под колёс проезжающих мимо телег. Диккенс не смолчал и снова написал просто разгромную статью.
И в этом Доме Она жила!? Вернее, так веронцы относятся к своей славе!? Что-то совершенно не похоже на Италию.
Возможно, правда, дело в том, что всё-таки история Шекспира во многом выдуманная, по крайней мере – ни Монтекки, ни Капуллетти на самом деле не существовали. Вот итальянцам был и недосуг следить ещё и за этим домом, пусть и постройки XIII века, у них настоящих историй и посвящённых им архитектурных памятников пруд пруди, усмотреть бы за ними.
Так, собственно, и продолжалось с этим домом вплоть до середины XX века. Но, вот что такое общественное мнение.
Сначала, в середине 1930-ых, американец Джордж Кьюкор снимает свою «Ромео и Джульетту», а потом и блестящий Франко Дзеффирелли, к тому времени – 1968 год – знаменитейший и знаменитых, тоже снимает эту же историю.
И пошло поехало, началось просто какое-то безумие – возможно власти Вероны его и подозревали и не хотели выпускать «джина из бутылки».
Дом был капитально отреставрирован, часть декораций для этого своеобразного музея отдали из реквизитов фильма Дзеффирелли, какие-то фрески восстановили, какие-то написали заново, а какие-то просто перенесли из других всё равно разрушающихся зданий Вероны.
Так и получилось всемирное место паломничества всех влюблённых и не только, конечно.
Что здесь творится 14 февраля в День Святого Валентина, и не передать. А гвоздём программы всех торжеств является чтение самых трогательных посланий, которые влюблённые пишут и прикрепляют к стенам этого Дома. Ясно, что посланий накапливалось так много, что местные власти уже и не знали, что с ними делать. Получалось почти как с тем голубым платочком из «Мастера и Маргариты» - его и сжигали, и закапывали, а он всё равно каждое утро на столе.
Эти послания в Доме Джульетты куда только не переносили – внутрь двора, сбоку по проходу, поставили даже компьютер, но мало что помогает. Любовь, что поделаешь! С ней особо не поспоришь.
Так, такая же, примерно, история произошла и со статуей, бронзовой, кстати, самой Джульетты, которая стояла во дворе. Сложилось такое поверье – если прикоснуться к её правой груди, то в любви обязательно повезёт. Понятно дело, что прикосновений, лёгких, конечно, было «миллион», но в этом то всё и дело. Статуя просто начала разрушаться. Её, в конце концов, пришлось переместить в музей, а для «прикосновений» на улице поставили копию.
Любовь, соприкосновение с ней - нет, чёрт возьми, не действия, они никакого отношения к этому чувству не имеют, ей не занимаются, время от времени, она постоянно внутри. Действия – это уже дань человечества XX веку, веку машин, самолётов, банков, пиара и денег, конечно.
Шекспир писал и учил совсем другому, что отмечается здесь в Вероне 16 сентября – «День рождения Джульетты».
3-я Щорса, 9-101
